Бомба

"Ах, обмануть меня не трудно, я сам обманываться рад…" Пушкин писал о любви, сегодня всё больше пишут о любви к деньгам, с коими люди расстаются гораздо охотнее в игровой манере. Заплатить за телефон – рука не поднимается долго, взять на сдачу десяток лотерейных билетов и ничего не выиграть – запросто. Энди Такер облапошил самого прогрессивного фермера своего времени с помощью шарика и двух скорлупок от грецкого ореха, причем сельский житель отдал свои сбережения с радостью и еще долго тряс руку мошеннику за доставленное удовольствие. Показали ему фокус, он и заплатил за секрет. Любопытно, что первая финансовая пирамида появилась в штатах почти сто лет назад. Один итальянец долго и безуспешно пытался сколотить капитал, используя честные схемы, потом плюнул и создал некое общество, которое гарантировало его участникам 45% прибыли по итогам каждого квартала. Что было дальше, объяснять не нужно. Следствие выяснило, что никаких инвестиций общество не делало, дивиденды же выплачивало из средств новых вкладчиков, которые все прибывали и прибывали. То есть в принципе любая финансовая пирамида работает, но только на первых пора. Пока количество вкладчиков не перестает увеличиваться. Когда их число стабилизируется, с выплатой дивидендов начинаются трудности. Правда, организаторы этих тараканьих бегов к тому времени, как правило, оказываются в далеких теплых странах. Мавроди – исключение из правил. Хотя трудно представить, что кому-то из одураченных им людей стало лучше от того, что мошенника несколько лет кормили на средства налогоплательщиков. Помимо пирамиды МММ, от которой в девяностые годы прошлого столетия пострадало от 10 до 15 млн вкладчиков, вспоминаются "Русский дом Селенга" (2,4 млн пострадавших), "Тибет" (150 тыс.), "Властилина" (16,5 тыс.). Память о них жива, но, наверное, присутствует и ностальгия. Помните – "Хопер-инвест"! "Воистину инвест!" Далее менялась только форма отъема денег, содержание оставалось неизменным. Проблему обманутых дольщиков, например, до сих пор не могут решить. В сущности, и мировой финансовый кризис разразился во многом из-за того, что американцы заигрались в жилищную пирамиду. Новая пирамида Мавроди позиционируется своим идейным вдохновителем, как финансовая социальная сеть. Открыл счет в электронных платежных системах – сообщи своему куратору из МММ (теперь это контора с названием "Мы можем многое"). Деньги никуда не деваются, они начинают виртуально расти в цене, в среднем на 20 процентов в месяц, а на счетах инвалидов и пенсионеров на 30 процентов. Тот, кто в какой-то момент захочет зафиксировать свою прибыль, то бишь снять деньги, снова обязан поставить об этом в известность куратора, который обратится к другим игрокам с предложением перечислить некоторую сумму на счет пожелавшего выйти из игры. Того, кто откажется, будет исключен из пирамиды. С сохранением первоначального вклада. Тут, кстати, не ясно, каким образом будут гарантироваться выплаты (мы уже знаем, что прибыль из проекта извлекут только первые дивидендополучатели). Ведь отказаться способны многие, то есть количество участников пирамиды на данную минуту будет известным, а вот количество желающих продолжать игру – тайна великая есть. А так придумано неплохо. Главное, как практически при любом мошенничестве, деньги человек отдает сам. Никто их у него не отбирает, никто с ножом к горлу не пристает. Правила известны, и если они тебя устраивают, то никто не виноват в том, что в итоге тебя нахлобучат. Это твой личный выбор. Все знают, что не надо прыгать с высокого моста в реку головой вниз, особенно зимой. Но ведь это знание не всех удерживает от такого поступка. Поэтому легкомысленные фермеры, которые понесут деньги в новую МММ, обязательно найдутся. Можно знать все риски, можно быть семи пядей во лбу, но все равно попасться в сети очередного наперсточника. Ибо первобытную страсть к игре не вытравить никакими Гарвардами и Сорбоннами. Шулеры у нас всегда в почете, поскольку публику завораживает ловкость их рук. Восхищает умение передернуть в картах, стянуть часы, так чтоб их хозяин этого не заметил, выбить кошелек во время эмоционального приветствия. Любимый литературный персонаж – Остап Бендер. Дэвид Копперфильд более известен, как иллюзионист, а не как герой Диккенса. Семейство Акопянов затмевало по популярности членов Политбюро. Сим-салабим, ахалай-махалай, и вся страна в прайм-тайм смотрит за тем, как исчезают платки и появляются кролики. На сей раз Мавроди утверждает, что к деньгам, которые закрутятся в новой пирамиде, он не притронется. Ему принадлежит лишь идея. Такой добряк, который дарит людям радость. Но радость ли? То, что затевает Сергей Пантелеевич, больше походит на изощренную месть. Не думаю, что Мавроди – бедный человек. Значит, действительно может себе позволить сделать что-то для души. К примеру, возбудить в людях бешеный интерес к легким деньгам, втянуть в игру миллионы человек, а потом помахать им ручкой. Сожрите друг друга, дорогие сограждане. Обвините друг друга в грязной игре. А он будет наблюдать за этим со стороны, сидя в первом ряду и есть попкорн. Кто-то фанатеет от футбольных трансляций, кого-то хлебом не корми, дай "Дом-2" посмотреть, а кому-то доставляет удовольствие сталкивать людей лбами. И ведь действительно никаких претензий не предъявишь. В сущности Сергей Пантелеевич придумал лишь некий механизм. Что-то вроде кассы взаимопомощи. Все дело в том, как этот механизм будет использоваться. Не посадили же тех, кто придумал динамит и атомную бомбу. Да и вилку можно воткнуть не только в котлету, но и в руку. И как-то не особо верится, что Мавроди смогут помешать воплотить свой замысел в жизнь (как пообещали) финансовый омбудсмен Павел Медведев и глава Роспотребнадзора Геннадий Онищенко. Мавроди знает, как открывается ящик Пандоры. Мавроди – это и есть стихия. А стихию контролировать невозможно.